То, что не влезло в твиттер

О грустном

17 августа 2016
Гандбольный мяч

У Кови есть психотест, который я часто рассказываю, отвечая на вопросы, касающиеся «для чего жить»... Нужно представить похороны самого близкого тебе человека. Ожидается услышать речь от некоторых категорий близости – от лучшего друга, коллеги, супруги-мужа, мамы-папы или, что справедливее, – детей. Они что-то будут говорить. В какой-то момент теста условия усложняются – это ваши похороны. (Проходя этот тест, я почему-то представлял, что все в белом.)
Они что-то будут говорить. Не про деньги же, не про достатки, а про был лучшим другом, любящим сыном-мужем, про ответственность, про надежность, про молодец и про как же так. Ну, т.е. если поставить себе целью достижение подобных скорбей, то и планы приобретут более праведно-правильные очертания. Более высокие, если хотите. Земные, на самом деле.

Иногда так перебираешь, о чем написать, пишешь-пишешь… откладываешь в папочку «недописы». В иной же раз все само как-то вспоминается и хочется поделиться. Как раз тот случай.
И интервью Трефилова про окурки в головах так кстати опубликовалось.

Я люблю футбол – вы ведь знаете. Профессионалом стать суждено не было – здоровья не хватило, но команда мечты у меня была. Конечно, в детстве, в школе – Ирка в воротах, Светка – хавбек, я – разыгрывающий и Лилька на острие. Девчонки-гандболистки (представляете гандбольного вратаря, с гандбольной реакцией в хоккейных воротах?) мне помогали мальчишек рвать от игры к игре 4 на 4. Хорошие мои подружки. Подавали надежды в гандболе – мотались на соревнования. После школы бросали портфели и рубились с нами в футбол. Со мной, за меня. Бесстрашные и классные. Ирка тащит, Светка дриблингом раскачивает, Лиля корпусом закрыв (потом станет учителем физкультуры в нашей ташкентской школе), с разворота в дальний кладет.

Если со мной поговорить про футбол впервые, я обязательно вспомню эту самую мою команду. Мы еще таблицу тогда вели турнирную, счета записывали.

Выросли, но связь не потеряли. Светик в Татарстане детишек растит, Иришка в Израиле, в гости к нам приезжала. А Лили больше нет. Вчера похоронили. Но, все хорошо, мы связь не потеряли. Покойся с миром, дружочек. А если бы я там был, то сказал бы. Обязательно бы сказал. Ну, там. В белом.